Я вернусь в этот город знакомый до слез слушать

Ольга Ракицкая: Я верю, что вернусь в Донецк | Громадське радио

город Скачать MP4 p, MP4 p. Я вернулся в свой город знакомый до слез "Я вернусь в этот город", "Я люблю свою жизнь". Текст песни. Я вернулась в мой город, знакомый до слёз. До прожилок, до детских припухших желёз, Я вернулась сюда, так глотай же скорей. Полный текст стихотворения Осипа Мандельштама «Ленинград»)(«Я вернулся Мандельштам «Ленинград» («Я вернулся в мой город, знакомый до слез Это тогда Тихонов объяснил О. М., чтобы мы поскорее убирались из.

В парке, пройдя чуть вперед, я свернула налево, прочь от основной массы туристов, свернувшей направо. И вам советую идти так же, если хотите почувствовать этот парк, чтобы он стал "вашим отдохновением".

Да, забыла сказать - хорошие кроссовки обязательны для такой поездки. На мне были спортивные сандалии, и я об этом пожалела. Как фея леса, я иду по скальным тропам, перешагиваю через корни сосен, цепко обхватившие лбы-валуны, блуждаю по светлому лесу, удивляюсь каждой маленькой сосенке и в почтении замираю перед огромными.

Я морской по сути человек совсем не боюсь этого леса, он представляется мне разумным добрым существом, который гостеприимно отнесся к моему "Я". Только у самой кромки воды, вдоль которой вытоптана тропа и идет нескончаемый поток людей в шлепанцах, я вспоминаю, что я в парке. Этот поток движется уже налево по тропе, где я уже побывала, полежала на нагретых солнцем скалах, послушала нежный шелест воды, а теперь иду направо - чтобы со стороны посмотреть на Остров Мертвых, подумать о Вечном.

В Третьяковской галерее, в том зале, где висят полотна Брюллова, есть картина Максима Воробьва "Дуб, поражаемый молниеЙ". Эту картину художник, тоже из поколения романтиков, написал после смерти своей жены. Бездна отчаяния обрушивается на вас, когда вы уходите туда, в эту картину, там бушует буря, молния уничтожает мощный дуб, ветер сбивает вас с ног. Там, в этой картине, вы чувствуете предельные эмоции бытия, чувствуете, как плачет, гибнет муж, потерявший свою любимую.

Гроза и ветер, напряжение восприятия, "Во мраке молнии блистают! И можно представить себе, что чувствовал барон Николаи, задумывая в своем парке Остров Смерти. На остров этот просто так не попасть, надо переплывать через пространство воды, и прах каждого ушедшего члена семьи погружали на лодку, и перевозчик, как Харон, перевозил останки туда, откуда не возвращаются.

В данном - прямом и аллегорическом смысле - на Остров Смерти. В базальтовой скале выдолблены склепы для членов семьи Николаи, для него. На вершине скалы белеет замок Людвигбург — архетипический образ смерти.

И можно представить, как барон, горюя над утратой, в грозы и молнии, под дождем и в холодные снежные дни, навещал своих ушедших. Переправа на Остров есть и. Некий сообразительный товарищ за денюжку перевозит на это сакральное место желающих устроить там пикничок. И потому переправляться туда я вам не советую - святое для кого-то место должно оставаться святым.

Как я не посмотрела Русскую Версалию и что из этого вышло В Северно-Западном регионе стала портиться погода. Когда пошел дождь, я с облегчением выдохнула: Без дождя как-то…не по-настоящему.

А так все встало на свои места. Когда дождь усилился всерьез и надолго, все еще более встало на свои места — когда постоянно мокрая обувь, разноцветье зонтиков, серо и мглисто. Поэтому дышится в нем легко, и планов громадье, и дождь — вовсе не помеха для выполнения задуманного. Сестра живет недалеко от Балтийского вокзала, не воспользоваться этим глупо — и я — мастер нестандартных решений — выбираю ехать …в Стрельну. Эх, говорю я себе, а не съездить ли мне в парк, а не посмотреть ли мне Константиновский Дворец!

Когда-то в нежные годы, будучи девушкой весьма задумчивой, садилась я на трамвайчик и ехала-ехала и гуляла по этим также весьма задумчивым местам. Билет, между прочим, купила на электричку туда и обратно — предусмотрительная.

Стихи о Петербурге - Форум Санкт-Петербурга (Питерский форум), Спб, Питер

Мало ли, когда соберусь. Здесь я привожу ссылку на ролик, чтобы было понятно, почему я хотела съездить в Стрельну: Не поверила своим глазам — похоже, сюда не добралась рука цивилизации. Или люди сюда нечасто ездят, в Константиновский-то дворец?

По пути столкнулась с тотальным непониманием со стороны местного населения. Я их — про парк спрашиваю, а они мне, так вы не туда приехали, вам в Петергоф надо, это дааальше. Минуточку, товарищи, у вас же тут парк был, и дворец, опять же, хотелось.

Ах ээээтот глаза круглыену вам тудааа и взгляд с сомнением. Тут уж я, напуганная историей с Летним Садом, не знаю, о чем и думать, и что вообще мои милые сограждане пытаются мне сообщить, не доводя при этом дело до конца.

Все это, на минуточку, под дождем, но безумству храбрых… Таким образом дошла я до Путевого Дворца. Это такой бывший кусочек парка, теперь самостоятельная единица, тонкой полоской отрезанная от основного массива. Там, в массиве, говорят, очень красиво. Однако, кассир, продающая билеты во Дворец, отреагировала очень нервно, на мой деликатный вопрос — а как вот, скажите, можно попасть к вашим соседям, полюбоваться парком и Константиновским Дворцом? Видимо, я не первая.

И вообще, девушка, вы странная. Да, я действительно странная, но доходило это до меня долго. Как-то наивно я полагала, что посмотреть то, что видела когда-то, только в усовершенствованном, ухоженном варианте, так же естественно, как посмотреть парки и дворцы в Петергофе, Пушкине, Павловске.

Ан нет, товарищи, выяснилось, что это не. Посмотреть желаемую красоту можно только в составе организованной группы по предварительной договоренности, видимо, под бдительным присмотром людей из кустов. Что тут сказать — желание увидеть Русскую Версалию пока у меня пропало. В следующий раз я с огромным удовольствием съезжу в Ораниенбаум и Гатчину, ни с кем не согласовывая свои поездки. Между тем, дождь как бы подустал, и жаль терять день, и — шальная мысль, которая оказалась одной из самых продуктивных во время этой поездки — а не махнуть ли мне, действительно, в Петергоф?

А надо сказать, что Петергоф, хоть и безумно красив, не принадлежит к числу моих любимых парков. Возможно, потому, что в нем доминируют фонтаны, которые очень любил Петр, и суть этой любви в том, что все подвластно воле человека, обладающего знанием - он может заставить воду литься вверх, а не вниз, согласно законам природы. Возможно, я не очень люблю Петергоф еще и потому, что он слишком красив. Туда хорошо ездить с детьми, когда те еще не различают полутонов, там красота столь очевидна и неоспорима, что понятна каждому.

Поэтому приплыть туда на метеоре, выйти, как пеннорожденный бог, на берег этого прекрасного места, попасть в пространство чудес и стройной гармонии — для путешествия с ребенком это обязательный пункт программы. Но я, впервые в жизни, еду в Петергоф на маршрутке, и не ожидаю от этой поездки. А дождь шпарит с новой силой. Мне выходить — и я попадаю в Верхний Сад. Время около пяти, ливень выгнал людей из парка, и в 5. Что я увидела, лучше слов расскажут фотографии.

В этот вечер Петергоф подарил мне себя, он был омыт дождевыми водами, тих и безмолвен, не знал времени и суеты.

«Я вернулся в мой город, знакомый до слёз»

Таким я теперь его и запомню — пустым и спокойным. Культурная программа Как вы догадались, это посещение Эрмитажа.

Для него я всегда приберегаю пасмурный денек. В Эрмитаже можно гулять бесконечно долго, до тех пор пока душа не потеряет способность впитывать Прекрасное. Я люблю постоять в переходах между зданиями, посмотреть на Неву, особенно - на моросящий дождь. Представить принцессу Дагмар, выцарапывающую на стекле "Никки". Но главное, зачем я туда прихожу - это Мадонны Леонардо. Я была в Париже, но, к сожалению, не была в Лувре, не стояла перед Джокондой.

Я не знаю, как она действует на человека, или, по крайней мере, на. Но я знаю, куда мне пойти, когда мне плохо - или хорошо, когда больно или светло на душе. В этом месте свершается Контакт. Неважно, как много японских туристов стоят между тобой и Мадонной, надо просто постоять, подождать, не отрывая глаз от Этой Бесконечной Любви и Нежности, и Оно Придет. Мир горний распахнет свои окна подойдите к Мадонне Литта Сколько времени на это уйдет - неизвестно. Каждый раз по-разному, и зависит и от твоей способности летать и желания это делать.

Поэтому, когда мои знакомые москвичи, никогда в Питере бывавшие, спрашивают - что посмотреть в Эрмитаже, мой ответ вы теперь знаете. Последние зарисовки непарадного Петербурга Я люблю бродить по городам просто. Но только в Петербурге а теперь уже и в Москве ноги сами несут меня туда, где мне в данный момент лучше. Голова пуста и легка, только работает в режиме фотоаппарата, сердце полно благодарности за каждую увиденную мелочь, а ноги рисуют маршрут — от площадей в переулки, от простора и воли в уютные и неуютные дворы.

Я привыкла уже своим ногам доверять, ибо как только включаешь голову на предмет логистики, таинство очарования разрушается. Ни одно малейшее улучшение не ускользает от меня, а распирает от удовольствия, на Невском положили новое покрытие — спасибо! На балкончиках жители устроили садики, повесили кашпо — спасибо вам, жители, что не ждете милости…у природы.

А вот эта парадная всю жизнь была — лучше пройти мимо, а сейчас — любо-дорого глядеть. Но вот в эту подворотню лучше по-прежнему не заглядывать…жаль…и разбита проезжая часть… Друзья, кто видел Питер в девяностые годы Перемен, требуют наши сердца, перемен!! И разделит мою радость! Город ухожен, скверы прелестны, много цветников - и душа моя поет. В конце поездки мои ноги привозят меня на Васильевский остров, станция метро Василеостровская. Они то есть ноги уже привыкли, что сюда я езжу полакомиться, а заодно прогуляться по линиям — примерно так с четвертой по восьмую, то есть совсем.

Лакомиться, конечно, можно везде, но здесь, в фирменном магазине фабрики. Ее корпус состоит из двух камер. В той, что поменьше, находится ром, в той, что побольше — нежнейшая помадка. Когда есть шанс довезти до родных хотя бы полкило из купленного килограмма! И Шуберт на воде, и Моцарт в птичьем гаме 8. И клена зубчатая лапа 9. Скажи мне, чертежник пустыни B игольчатых чумных бокалах И я выхожу из пространства Татары, узбеки и ненцы У нашей святой молодежи Как из одной высокогорной щели Когда душе и торопкой и робкой Мы живем, под собою не чуя страны Твоим узким плечам под бичами краснеть Наушнички, наушнички мои Я живу на важных огородах Пусти меня, отдай меня, Воронеж Возможна ли женщине мертвой хвала?

Тянули жилы, жили были Железо Кама Лишив меня морей, разбега и разлета Эта, какая улица? День стоял о пяти головах. Сплошные пять суток Римских ночей полновесные слитки Исполню дымчатый обряд Бежит волна, волной волне хребет ломая Не мучнистой бабочкой белой Да, я лежу в земле, губами шевеля Стансы Я в сердце века - путь неясен Не у меня, не у тебя - у них Нынче день какой-то желторотый Bнутри горы бездействует кумир Внутри горы бездействует кумир Сосновой рощицы закон А мастер пушечного цеха Шло цепочкой в темноводье Оттого все неудачи Детский рот жует свою мякину Мой щегол, я голову закину Когда щегол в воздушной сдобе Рождение улыбки Вехи дальние обоза Эта область в темноводье Как подарок запоздалый Я около Кольцова Дрожжи мира дорогие Дрожжи мира дорогие Влез бесенок в мокрой шерстке О, этот медленный одышливый простор Слышу, слышу ранний лед Не сравнивай: Куда мне деться в этом январе?

Как женственное серебро горит Средь народного шума и спеха B лицо морозу я гляжу один Что делать нам с убитостью равнин Еще не умер ты, еще ты не один Как землю где-нибудь небесный камень будит Я нынче в паутине световой Как светотени мученик Рембрандт Пою, когда гортань - сыра, душа - суха Bооруженный зреньем узких ос Еще он помнит башмаков износ Были очи острее точимой косы Обороняет сон свою донскую сонь Как дерево и медь - Фаворского полет Я в львиный ров и в крепость погружен Черновые наброски во 2-й Воронежской тетради На доске малиновой, червонной Я скажу это начерно, шепотом Может быть, это точка безумия Тайная вечеря Заблудился я в небе, - что делать?

Кувшин Украшался отборной собачиной Гончарами велик остров синий О, как же я хочу Стихи о неизвестном солдате 1 Этот воздух пусть будет свидетелем 2 Шевелящимися виноградинами 3 Сквозь эфир десятичноозначенный 4 Аравийское месиво, крошево 5 Хорошо умирает пехота 6 Для того ль должен череп развиться 7 Ясность ясеневая и зоркость яворовая 8 Наливаются кровью аорты Флейты греческой тэта и йота Нереиды, мои нереиды Я к губам подношу эту зелень Как по улицам Киева-вия Клейкой клятвой пахнут почки 1.

Я ещё не хочу умирать! Ещё есть надежда, что всё перемелется и жизнь наладится. Поэт подмешивает в туман воспоминаний атрибуты нового дня — чёрную лестницу, вырванный звонок, который реально был возле двери в квартиру брата.

Чёрная лестница символична, ей должно было найтись место, даже если бы Мандельштам остановится на пару дней в Питере во дворце.

Чёрный цвет — цвет печали и страдания, а лестница хитрое инженерное сооружение, ведь по ней можно идти и вверх, и. Последние строки показывают напряжение ых годов. Ночные гости в это время приходят только из НКВД, а стук дверной цепочки в году может легко перейти в громыхание кандалов.